Автор: Георгий

Весна – пугливая шалунья,

украсить землю не спешит.

Седой зимы ледовый щит

еще сверкает в полнолунье.

 

Еще терзают холода

полей проклюнувшие шири.

Еще лягушки  не ожили

на глади зябкого пруда.

 

Но все теплее ветерок,

и все звончее птичьи трели.

На тропках лужицы прозрели,

глядят с надеждой на восток.

 

И вот уже летят лучи

от богом данного светила.

Весна улыбкой озарила

по-детски шумные ручьи.

Весна пришла, а мысли дремлют.

Звон ручейка не тешит слух.

Моим словам сады не внемлют.

К моей печали ветер глух.

 

Немой клубок воспоминаний

уводит в юные года.

Туда, где сполохи мечтаний

ласкали душу иногда.

 

Туда, где счастье голосило

и радость нежилась в груди.

Любовь была безумной силы

с большим желаньем впереди.

 

И вот теперь рисует время

палитру мелочных услуг.

Весна пришла, а мысли дремлют.

Звон ручейка не тешит слух.

 

Ночью ветер завывал,

спать миленку не давал.

Он полночи возмущался,

а потом ко мне прижался.

И такое началось,

или мне привиделось?

Меня крепко обнимал,

тело страстно целовал.

Моей лаской восхищался.

Не сопел, не надрывался.

Улетала я не раз

то ли в негу, то ль в экстаз.

Я теперь молюсь на ветер.

Он – мой лучший друг на свете.

По ночам жду с нетерпеньем

его сказочное пенье.

Только редко он поет,

спать миленочку дает.

«Христос воскресе» и «Воистину воскресе».
Слыхал я в детстве странные слова.
И мне казалось, где-то в поднебесье
Сияет в нимбе чья-то голова.

А на земле – подкрашенные яйца
И в каждом доме дразнят куличи.
Их носят ночью в церковь освящаться
Под тусклый свет лампады и свечи.

Поток людей зовется Крестным ходом,
Сверкают счастьем детские глаза.
Сдаются свечи лучикам восхода,
Ложатся спать хмельные голоса.

Но хрупок сон, когда приходит Пасха –
Церковный праздник в зареве цветов.
Катают яйца дети без опаски,
Крещеный люд отходит от постов.

«Христос воскресе» и «Воистину воскресе»
Слыхал я в детстве странные слова,
И мне казалось, где-то в поднебесье
Сияет в нимбе чья-то голова.

Пасха, звон колоколов
разливается в округе.
Мы поклоны бьем челом,
видим ангелов друг в друге.
Просветленные глаза
и доверчивые лица.
Чтобы доброго сказать,
с кем бы счастьем поделиться.
Налетай на куличи,
пробуй крашеные яйца,
Нас никто не уличит
в пошлой роли тунеядца.
Разговейся, друг, ухой,
зачерпни поболе ложкой.
Не кричи, я не глухой,
только где большая плошка?
Нынче выпить не грешно
нам божественной наливки,
Только чтоб не сбила с ног,
ну, да видно, ты не хлипкий.
Эх, гуляй, гуляй, народ
после постного томленья.
Время светлое грядет,
жизнь готовит перемены.

Весенний дождь тиранит снег,

стекает медленно с сосулек.

Ручьи стремятся в свой разбег,

смывая зимний холод с улиц.

 

И, вместе с талою водой,

уносит пену хмурых мыслей.

Несет цветенье за собой

весна на теплом коромысле.

 

Живое пение скворцов

ласкает заспанные парки.

Они отходят ото снов,

с надеждой ждут денечков жарких.

 

Жара, конечно же, придет,

вот только тучи удалятся.

На небо солнышко взойдет

и будет людям улыбаться.

 

Вырвались из зимних сундучков
Звонкие весенние капели.
Легкий ветерок обдал шанелью,
Я услышал песни каблучков.
Солнцем озаренный вернисаж
Скрасил заторможенные жизни.
Радугой — великим визажистом,
Скромницам наложен макияж.
Милые уставшие глаза
Вспыхнули, рассыпали желанья.
Хрупкие и нежные созданья,
Ставлю я на ваши образа…
…Господи, спаси и сохрани
Первые весенние мгновенья
В вас ищу источник вдохновенья,
Русские красавицы мои.

Благодарю весенний дождь
И гром с охапкой ярких молний,
И нишу старой колокольни,
В которой я упрятал дрожь.
Благодарю судьбу за миг,
В который смог вмешаться ветер
Его стараньем в раме вечер
Твой образ трепетный возник.
Благодарю тебя за то,
Что ты спасла меня в ненастье,
Что мне дано земное счастье,
Благодарю тебя за то.