Автор: Георгий

Снег пушистым покрывалом

лёг на стылые поля.

Мрачных дней как не бывало,

в серебре земля моя.

Я смотрю на бездорожье,

наслаждаюсь белизной.

Сладкий трепет вместо дрожи

теребит рассудок мой.

Тишь да гладь до горизонта

в радость солнечным лучам.

Я шагаю вслед за солнцем,

а куда, не знаю сам.

Здравствуй, русское раздолье,

дай прильнуть к твоей тиши.

Дай вдохнуть счастливой доли.

За настырность не взыщи.

Подножье солнышком согрето,

река под стражей берегов.

А гор кавказских минареты  

искрятся мудростью снегов.

Во всём спокойное величье

и несравненная краса.

На склонах тысячи отличий

питают верой в чудеса.

И учащённо сердце бьётся

от мощи видимых высот.

Я вдохновляюсь чувством горца

от Богом созданных красот.

Резвится горная река,

стекая лентой по ущелью.

Ей не страшны крутые мели,

цена свободы велика.

Недавно бешеный поток

тащил водой каменьев глыбы.

А нынче гонит терпеливо

герани лёгкий лепесток.

И под журчание реки

вдруг просыпается прозренье –

вот мой источник вдохновенья

с приятной свежестью строки.

В ущелье горная река

зовёт в рассвет своим журчаньем.

Я пробуждаюсь от сознанья,

что сила жизни велика.

Смотрю как первый робкий луч

ласкает снежную вершину.

Потом ползёт на боковину

и освещает прелесть круч.

И сосны тянутся к лучам,

держась кореньями за склоны.

И я рассвету бью поклоны,

спешу улыбкой привечать.

Вымирают славяне,

стареет российская ветвь.

Источают зловонье

гнилые плоды перестройки.

Заменяется ложью

исконный семейный завет.

И в прозападной фальши

калечится разум нестойких.

Разлагается детство,

глотнувшее вейповый дым.

Расползается вирус

безумных страстей однополых.

И стреляют в надежду

патроном, отнюдь, не простым

на свету вечеринок

развратных и полуголых.

Опомнись, человечество,

умерь процесс безумства.

Планета наша мечется

от страшного кощунства.

Кружат стальные ястребы,

выискивая жертвы.

И голосят всё явственней

охочие до смерти.

Людей толкают к пропасти,

насилуя бесчестьем.

Не знают счёта лопасти,

разящие на месте.

Рабы различных фобии

добру связали руки

И множатся надгробия

кровавой мясорубки.

Провожаем осень с сожаленьем.

Не хватило нам её деньков.

Ценим мы осеннее стремленье

сшить ковёр из листьев, лепестков.

Тот ковёр испробовали вместе,

растворившись в нежном забытьи.

Вздохи ветра были неуместны

и закат был вынужден уйти.

Но с волненьем звёзды нам мерцали

и луна дарила робкий свет.

Мы с тобой без устали мечтали.

Намечтавшись, вышли на рассвет.

До свиданья, осень, до свиданья.

Не забудь пожаловать опять.

И не скучным будет ожиданье,

так как счастье наше не унять.

Весь мир взирает на Россию.

Одни с надеждою глядят.

Других пугает наша сила.

А третьи злобою галдят.

И мы ведём одних в Орешник,

других под пальмовую ветвь.

Не чтим таких, кто сильно грешен

и просим их держать ответ.

Кто к нам придёт с заморским зельем,

мы русским квасом охладим.

Нам не нужны чужие земли,

но и своих не отдадим.

И чтоб надежда не угасла,

мы будем биться до конца.

Звучит Россия Божьим гласом

твореньем мирного певца.

Здравствуй, земля ярославская.

Здравствуй, родительский дом.

Здесь я, овеянный ласкою,

рано сроднился с трудом.

Рано познал безотцовщину

и бессердечность нужды.

Не был бесцельным тусовщиком,

не доходил до вражды.

Кодекс дворовый усваивал,

общим азартом влеком.

И справедливость отстаивал

детским худым кулаком.

Счастья другого не ведал я

и потому не скулил.

Жизнь свою правил заветами,

что с молоком пригубил.

Добрым людям многого не надо.

В их сознании божья благодать.

Пониманье – лучшая награда.

А его не сложно преподать.

Доброта сегодня беззащитна

и скромны носители её.

Им грешно, что белой ниткой шито.

От хулы душа их не поёт.

Им милей счастливый отклик детства,

что ласкает солнечный рассвет.

Берегите доброе наследство.

Без добра померкнет жизни свет.