Рубрика: Стихи из под пера

Я всеми фибрами души

участье ощущаю.

И пью живительный нектар

с красивых, нежных губ.

Твои зовущие глаза

мой разум восхищают.

А доброту несущий взгляд

я в сердце берегу.

Твоё душевное тепло

приводит к откровенью.

Я раскрываюсь, как юнец,

в мечтательных строках.

Пишу восторженный сонет,

отдавшись озаренью

и вдохновляет мой порыв

улыбка на устах.

Готов я многое отдать

за доброе участье.

За то, чтоб горькая слеза

не ослепляла глаз.

Благодарю тебя, мой друг,

за подлинное счастье

и признаюсь в своей любви

уже в который раз.

Поговори со мною, осень,

стряхни хламиду серых дней.

Твою безбрежность кто-то просит,

а я прошу – сдружись же с ней.

Сдружись-ка с той, что всех милее,

с которой красен этот мир.

Не бей ветрами побольнее,

она надёжный твой кумир.

Вы с ней божественно похожи

своей манящей красотой.

Она как осень в день погожий.

Она, как ты, живёт с мечтой.

Открой скорей на небе просинь,

раскутай солнце побыстрей.

Услышь меня, златая осень,

смахни хламиду серых дней.

Мне холодной росой омываются ноги.

Я гуляю босой в пожелтевшем саду.

Обдуваются ветром кусты – недотроги,

и рябина краснеет у всех на виду.

Опадает листва под холодным дыханьем

и ложится на землю чудесным ковром.

Молодые деревья стоят в ожидании,

их плодовая удаль вернётся потом.

Сколько в шорохе листьев загадочной грусти.

Сколько нежной печали в осенней красе.

Я к себе прижимаю малиновый кустик,

и неважно, что он в серебристой росе.

И неважно, что небо сереет над садом.

В этой серости вижу загадочный свет.

И в душе разливается детская радость,

разбавляя усталость натруженных лет.

Я покидаю Петербург.

Мой самолёт стремится к морю.

Сознаньем тешу быстрый спурт

и промедленья не позволю.

От строгих северных красот

меня несёт к песчаным пляжам.

Даёшь безоблачность высот

и адекватность экипажа.

Пусть благодарная судьба

создаст мне мягкую посадку.

Она на чувственность скупа,

но иногда чертовски сладка.

На знойном, южном берегу

я окунусь в пучину страсти.

Навряд ли вынырнуть смогу,

но, может, в ней поймаю счастье.

На склоне лет с тобою повстречался.

Глотнул надежд живительный отвар.

В большой любви под звёздами признался

и ощутил нахлынувший пожар.

Твоё лицо зарделось от волненья.

В твоих глазах высвечивалась страсть.

И в нашу жизнь вписалось откровенье,

что помогло желанью не пропасть.

Огонь любви горит, не угасает.

Звучанье ласк с годами всё сильней.

Живём в ладу и об одном мечтаем –

дай бог ещё на счастье много дней.

Встречает август трепетную осень,

приносит в дар взращённые плоды.

Взамен с надеждой милостыню просит –

продлить тепло для женщин за труды.

Благодарит красавица за щедрость,

благословляет август на поход

и обещает вместе с кротким ветром

нести на землю солнечный восход.

Уходит август с чувством облегченья.

Вступает осень в данные права.

С напоминаньем летнего прошенья

про бабье лето шепчет ей листва.

Человечество купается во лжи,

в поддавки играет с совестью капризной,

раздаёт с беспечным видом миражи

и ведёт наш хрупкий мир к последней тризне.

Проверяет мирный разум на испуг,

куролесит с грозной палицей по свету.

Наше здравие зависит от хапуг,

а на рвачество у нас управы нету.

Потешаются холёные дельцы,

разжигают настоящие войнушки.

В них бросаются безусые юнцы,

и грохочут не игрушечные пушки.

И взрыхляется невинная Земля

от снарядов с неизменным постоянством.

На руинах остужается зола,

упиваясь человеческим упрямством.

Уходит август с нашего двора,

берёт с собой живительную зелень.

А в хвойный лес из сосен и из елей

несёт покой осенняя пора.

Звучит печаль в обветренных ветвях.

Нам, как всегда, чего-то не хватает.

Мы видим, лето в синей дымке тает,

но бабье есть в осенних закромах.

Благодарим мы август за приют,

за теплоту сердечного прощанья.

Находим прелесть в лиственном шуршаний,

а в жёлтых красках жизненный уют.

Из дальней Мексики добрался до России

Посол влюблённости – прекрасный Георгин.

Его признали как сердечного мессию

и величали – лучезарный господин.

Он покорил красою целые пространства.

Он приманил любовью женские сердца.

О нём поэмы с непрерывным постоянством

выходят в красках  из обители творца.

И в тех поэмах он зовётся с восхищеньем —

любимец солнца и даритель теплоты.

И с ним иные добиваются прощенья,

а непрощённые — душевной красоты.

Навалилось серостью небо на залив.

Под свинцовым куполом ветер говорлив.

Побежали локоны по большой воде.

Наклонились ивушки, значит, быть беде.

Застучал по берегу непослушный дождь.

От летящей сырости будоражит дрожь.

Водяное месиво понесло к Неве.

От погодной наглости мне не по себе.

Ты уймись, родимая, подари грозу,

а за нею радугу в небе на весу.

Я влюблённым юношей пробегусь по ней.

И твоя заносчивость станет мне родней.