Рубрика: Стихи из под пера

Пойдём, родная, на лужайку

с духмяным запахом травы.

Там я признаюсь без утайки

в большом желании любви.

Под звуки птичьих щебетаний

мы насладимся волей чувств.

Красою сбывшихся мечтаний,

я удивить тебя хочу.

Озвучим нежностью природу,

вдохнём весенний аромат.

Укрывшись сенью небосвода,

поэму станем создавать.

И в той поэме будет ласка

вершить рифмованный сюжет.

И будет в ней мерцанье красок, что приготовит нам рассвет.

Нынче май непредсказуем.

То капризен, то певуч.

То ветрами злыми дует,

то смиренен и пахуч.

Раззадорится по-детски

то на снег, а то на град.

То раздобрится по-светски

на цветущий маскарад.

У него в запасе грозы

и холодные дожди.

Он заманивает розой,

может цветом  угодить.

А захочет от сирени

нам подарит аромат.

Иль черёмухи цветеньем

соизволит донимать.

То теплом одарит всуе,

то подкинет нам мороз.

В общем, май непредсказуем.

Может, тем он и хорош.

Как хочется назад вернуться,

исправить грешные проделки.

Отцу и маме улыбнуться,

друзей позвать на посиделки.

Обнять братишек и сестрёнок.

Сыграть в лото или девятку.

Не быть, как прежде, непреклонным

и не играть с родными в прятки.

Пройтись до домика любимой,

что для меня казалась первой.

Прочесть ей стих неповторимый

и не юродствовать манерно.

Но не вернуться мне обратно

и не исправить прегрешений.

Уходит детство безвозвратно

тропой естественных старений.

Украшу трепетным стихом последний выдох.

Пускай его ветрами в небо унесёт.

На небосвод без промедленья солнце выйдет

и люди будут наблюдать его полёт.

И не зайдет оно за взбалмошные тучи,

не заберёт его ночная темнота.

Продлится летний день достойный и везучий.

Осуществится рифмой добрая мечта.

Исчезнут в мире преступления и войны,

и человек опять вернётся в милый край.

И океаны приберут лихие волны. И на Земле вновь возродится дивный рай

Как пройдусь я в телогрейке по селу,

да в окошки ненароком подмигну.

Так девчонки сразу выскочат из изб.

Ну, попробуй от общения сдержись.

Я спою им про доставшую печаль.

Расскажу, что поцелуев мне не жаль.

Без стесненья приглашу на огонёк.

Дам для виду пояснительный зарок.

Ну, а если согласится не одна,

я допью свою признательность до дна.

Позову на помощь верного дружка.

У него всегда готовность высока.

Поворкуем мы до утренней зари.

Разомлеем от случившейся любви.

И пойду я до соседнего села.

Вновь меня любовь к девчонкам позвала.

На май надеялся, а он меня не понял.

Строптивым градом мою душу обстучал.

Мне даже в марте было славно и привольно,

да и апрель меня улыбкой привечал.

А май залил округу нудными дождями.

Холодный ветер на дубраву напустил.

Мы от него такого зла не ожидали.

Он беспричинно много кровушки попил.

Траву зелёную укутал мокрым снегом.

В игре с природою поставил на мороз.

В ней не нашлось местечка малого для неги.

Берёзы белые обиделись до слёз.

Лечил Плутона знатный лекарь

с безвестным именем Пион.

И чтоб прославить человек,

цветок назвал пионом он.

И стал цветок тот королевским,

прекрасным пленником дворцов.

Он слышал много мнений лестных

и от владык, и от творцов.

Он не склонял пред ними шапку,

блистал своею красотой.

К нему манил приятный запах,

бутон соцветия густой.

Он так и жил бы в отдалении

от верных северу культур.

Но всё же смог сбежать из плена,

став украшением натур.

Через художников творенья

вошёл он в разные дома.

Вселял в народы вдохновенье,

как несравненный дипломат.

И перед ним открылись двери

всемирных парков и садов.

Он – дивный друг, я в это верю.

А ты сдружиться с ним готов?

Белых халатов пугающий цвет

с детства запомнился мне.

Кто-то при виде пытался реветь,

кто-то от страху неметь.

Только с годами я стал понимать

значимость наших врачей.

Многим из них нужно песни слагать,

чтобы сберечь от рвачей.

Нужно хранить благородный запал,

что сохранили они.

Я на себе мастерство испытал

в самые трудные дни.

Вот и теперь они с новой бедой

борются в первых рядах.

Дома оставив душевный покой,

совестью давят на страх.

Не выбирают щадящих путей,

рвутся на помощь другим.

И умирают, спасая людей.

Вечная память таким.

Мы порознь пребываем в заточении,

что нынче  предначертано судьбой.

Нас злобный вирус бросил  в непокой,

и вряд ли будет быстрым излеченье.

По Невскому, Литейному и Мойке

нам под руку сегодня не пройтись.

Не видеть Петропавловскую высь,

попрятавшись в жилищах новостройки.

Не встать перед златыми куполами

соборов, вдохновляющих на жизнь.

Цветением души не ублажить

сады, где мы прогуливались с Вами.

Мы выдержим разлуку с Петербургом

и встретит нас цветеньем Летний сад.

Увидеть Вас, родная, буду рад

вернувшимся в рассветы добрым утром.

Прости меня, мой Петербург.

Я не могу прийти на Невский.

Запрет на это очень веский –

коварный вирус сделал тур.

Течёт по-прежнему Нева,

но мне не плыть в её просторах,

не умиляться от восторга,

слагая нежные слова.

Не видеть прелесть куполов

и не склоняться перед ними.

Перед глазами только снимок,

зовущий скромно вглубь веков.

Меня заждался Летний сад,

где мы прогуливались вместе.

Запрет несут плохие вести,

и вновь встаёт стена преград.

Но верю я, что хворь пройдёт.

Общенье снова возродится.

Осветят радостные лица

в Неву вошедший теплоход.